Местное время. Воскресенье: в Красноярске откроется музей артефактов войны
Школьный музей артефактов самой кровопролитной войны в 20 веке будет работать при лицее №9. Но это отдельное помещение, сюда смогут прийти все желающие. Коллекция большая. Это всё собрали поисковики почти за четверть столетия.
Красноярцы выезжают на поля сражений, где воевали соединения, сформированные в нашем крае. Последние годы ездят в Ленинградскую область. Синявинские высоты — здесь шла борьба за блокадный Ленинград. За три года армия фашистов хорошо укрепилась, силы были стянуты значительные.
Диана Толмачёва, поисковик, выпускница Козульской школы: «Я езжу на вахту с 6 лет, потому что меня первый раз на вахту пригласила бабушка. Моя бабушка — учитель истории, её зовут Толмачёва Мария Михайловна. Щупом мы находим верховых солдат. Есть щупы больше, они глубинные, мы работаем с ними в болотах».
Там, где лилась кровь, сейчас разрослись деревья, кусты, но по ранам на поверхности земли всё ещё можно понять, где был блиндаж, где окопы. Поисковики обнаруживают россыпи патронов, предметы солдатского быта. Главная задача, конечно же, поднять бойцов, и если сохранилась запись в медальоне — это огромная удача — найти родственников.
Михаил Мордасов, ученик школы из с. Кошурниково: «В этом году мы копали блиндаж, который располагался в болоте, в голубой глине. И там была просто потрясающая сохранность — все кожаные ремешки, кожаные подсумки, значки. Значок отличника РККА был просто в идеальном состоянии».
Спустя 80 лет после боёв медальоны попадаются всё реже. Заполнять формуляры считалось плохой приметой, поэтому часто капсулы пустые, либо закрыты были неплотно: попала вода, воздух — прочитать ничего нельзя.
Иван Сильванович, руководитель молодёжной организации «Вечный огонь»: «Кажется, очень тяжёлая на вахте работа, кропотливая — перебирать грунт, который мы достаём, потому что сам медальон маленький, чёрный, сливается с землёй. Кто работает лопатой, его практически не заметит. И ребята, которые сидят на переборе земли, должны всё сквозь свои пальцы пропустить».
Вячеслав Углов, командир поискового отряда «Енисей»: «Я когда поехал в первый раз, думал, я всё понимаю в этой теме. У меня отец воевал, я поздний ребёнок. Но когда приехал на место, я понял, что я очень многого не понимаю».
С 2000 года красноярские поисковики организованно ездят на запад страны. Те, кто там побывал, возвращаются немножко другими. В нашей стране нет семьи, кого не коснулись бы события Великой Отечественной. Подержав в руках артефакты, перебрав тонну земли, поучаствовав в церемонии захоронения, начинаешь иначе воспринимать информацию из разных источников и даже по-другому смотреть на фотографии из семейного архива.
Благодаря находкам поисковиков красноярский музей пополняется новыми предметами. Например, теперь у нас есть образцы первых бронежилетов. Некоторые находки требуют дополнительных знаний. В этом году привезли что-то похожее на флакон — что это, доподлинно неизвестно.
Татьяна Ивлева, директор музея «Мемориал Победы»: «Это что-то из форматов химического оружия, оно не так часто использовалось в годы войны. Но на Ленинградском фронте в этом году были найдены вот такие колбочки стеклянные. И нам, историкам и музейщикам, предстоит выяснять, что же это за предмет».
Сейчас Мемориал Победы закрыт на реконструкцию. Все экспонаты собраны в школьном музее. Он официально будет открыт в сентябре. Здесь учат детей работать и с архивными документами. В крае всё больше семей, которые сначала начинают искать информацию о своём прадедушке, потом появляется научный, исследовательский интерес.
Вячеслав Углов, командир поискового отряда «Енисей»: «В музей можно будет приходить, посещать, смотреть, вопросы задавать, также будет работать здесь «Судьба солдата» — такая станция-проект, где можно будет узнавать судьбы своих родственников, погибших на войне, пропавших без вести».
В 2025 вся страна отметит 80 лет со дня Великой Победы. Архивы минобороны России каждый год рассекречивают новые данные о героическом подвиге советских солдат. Наши потери — почти 27 миллионов человек. Чтобы число пропавших без вести хоть как-то сократить, новые поколения поисковиков каждую весну выезжают в поля, в леса — несут вахту памяти.
