Местное время. Воскресенье: 80 лет со дня полного снятия блокады Ленинграда

27 января исполнилось 80 лет со дня полного снятия блокады Ленинграда. 872 дня голода, холода, страха и неизвестности. Эту неделю проводят в городе своего детства несколько ветеранов из Красноярского края. Ещё живы люди, которые были очевидцами тех событий. Каждое воспоминание кажется невероятным, человек не может такое выдержать.

C чувством юмора идут по жизни. В последние годы собираться вместе всё труднее, поэтому каждая встреча — радость. Торжественный вечер в честь 80-летия со дня полного снятия блокады Ленинграда. Участников тех событий, они были детьми, можно узнать по зелёным ленточкам на груди.

Зоя Этцель, жительница блокадного Ленинграда: «3 года было всего. Мама умерла, нас вывезли всех в детский дом, в Переславль-Залесский».

Надежда Корнеева, жительница блокадного Ленинграда: «Мне было тоже всего 3 года, когда началась война, в 4 меня вывезли. Я попала в детский дом, я даже родителей своих не помню».

Маргарита Коверченко, жительница блокадного Ленинграда: «Выводили нас на прогулку из детского сада, пришли в здание сада и началась бомбежка, всё свистит, шумит. Все перепугались, все же маленькие — брату было 3, мне 5 лет. Все в кучку собрались, съёжились. Не успели уйти в бомбоубежище. И пока не кончился обстрел, так и сидели в кучке, собравшись. Пучок детей».

Зоя Казачкова, жительница блокадного Ленинграда: «Мы жили на Петроградской стороне, около зоопарка. Как только начиналась тревога, звери начинали реветь, кричать».

Уже много лет мир Зои Павловны Казачковой ограничен её маленькой квартирой. Она живёт на 5 этаже, лифта нет. Приятельницы из общества ветеранов «Блокадник» приходят в гости. Зое было 10 лет, когда началась блокада, она многое помнит.

Зоя Казачкова, жительница блокадного Ленинграда: «Брат у меня был на 2 года старше и второй на 4 года младше. Мы все за руки брались и шли в бомбоубежище. Бомбёжки уже мы не боялись. А больше голод, все страдали, голод, голод, голод… Почему-то женщины или девчонки более активные, я ходила и за водой, и в проруби водичку набирала, и хлеб приносила, и хлеб у меня этот отнимали. Я живу уже 93 года и до сих пор всё задумываюсь: где такую муку-то брали? То ли песок мы ели, то ли что? Я всё время думаю, какие всё-таки тогда были женщины находчивые. Мама моя где-то то костей купит, то ещё чего-нибудь купит. Мы эти кости сидим, жжём до пепла. Когда пепел будет, тогда мы довольные едим. С декабря начались эти перевозки. Покойники, покойники, покойники, и без конца».

Мама постоянно была на работе. В их дом тоже пришла беда. На глазах у девочки от голода сначала умер старший брат, через некоторое время не стало и младшего.

Зоя Казачкова, жительница блокадного Ленинграда: «С младшим братом вроде всё нормально было. Он всё говорил: война кончится — поедем к бабушке и там много-много хлеба съедим. Потом он замолчал. Мама приходит, а я говорю: «Мама, а Юра тоже умер». А я лежала вместе с ним в одной кровати».

Галина Николаевна Боровикова — житель блокадного Ленинграда. В 11 месяцев, ещё до начала войны, умерла её мама, потом отца забрали на фронт, с двух лет девочка росла по детским домам. Осталась живой, потому что их приют эвакуировали.

Галина Боровикова, жительница блокадного Ленинграда: «В поезде я упала с полки. На первых полках лежали раненые, а дети там на полке. И я сломала руку. У меня на всю жизнь рука сломанная».

В Сибирь Галина Николаевна попала по распределению после училища. В Красноярске много лет работала крановщицей.

Галина Боровикова, жительница блокадного Ленинграда: «Здесь в Красноярске я построила оперный театр, КАТЭКНИИуголь, «Бурёнку», много школ построила, садиков в Зелёной роще, медаль заработала своими руками».

Надежда Корнеева, жительница блокадного Ленинграда: «Меня фрезеровщицей пятого разряда сюда привезли, 17-летней девочкой. Так и живу теперь в Красноярске, Сибирь второй родиной нам стала».

Зоя Этцель, жительница блокадного Ленинграда: «Хлеб никогда не выбрасываю, это очень тяжело, не могу говорить».

В Большом концертном зале прошёл вечер памяти. 872 дня продолжалась блокада, всё это время шли кровопролитные бои за Ленинград. Город выстоял. А звук метронома для всей страны на многие десятилетия стал символом какой-то нечеловеческой стойкости, веры и несломленного духа ленинградцев.