Местное время. Воскресенье: боевая история фронтовика-таймырца Николая Ядне

Он расписался на Бранденбургских воротах. В архивах "Радио России. Таймыр" хранится уникальная запись участника Великой Отечественной войны. Николай Ядне на родном ненецком языке рассказывает свою боевую историю. На фронт ушёл в 1942 году и дошёл до Берлина. Перенёс несколько ранений и совершил не один подвиг, за что был награждён орденами и медалями.

Прозвище Будулай Николай Ядне получил уже после войны. У коренных ненцев по природе нет растительности на лице. Но по молодости, во время учёбы в Ленинграде, у русских взял привычку бриться. В итоге щетина появилась. Настырным был, упёртым. С таким характером до Берлина и дошёл. Сапоги и портянки стёр в клочья, но дошёл. А заходить в Бранденбургские ворота победителям в таком виде было не положено.

Елена Савичева, дочь фронтовика: «Когда первые войска входили, им выдали новое обмундирование. А моему папе дали какие-то необыкновенные сапоги, потому что он был командиром роты. Он вспоминал: «Я когда увидел эти сапоги — прямо обомлел, представил, как я вернусь в них домой».

Проходил в этих сапогах и шинели ещё пять лет по родной земле, откуда в 1942-м и отправился на фронт добровольцем. Вслед за старшим братом. Сразу 27-летнего Николая брать не хотели. На Таймыре образованных людей было по пальцам пересчитать. А он работал помощником в Красном чуме, занимался ликвидацией безграмотности. Но и на фронте его навыки пригодились. Тундровый охотник обучал девушек-снайперов. Вспоминает, молодой был, отчаянный, в сражениях бесшабашный.

Николай Ядне, ветеран Великой Отечественной войны (архивная запись Таймырского радио, 1972 г): «Шёл жаркий бой. Палят по нам нещадно, целый день. Бойцы гибнут один за одним. Крики, стоны, пальба. В том бою под огнём врага я вынес с поля боя несколько раненых офицеров и солдат. Что я делал? Пробью себе ход в снегу и ползу, туда и обратно, туда и обратно».

За подвиги в боях Николай Ядне удостоен орденов Славы 3-й степени и Красной звезды. За удачные разведки, взятие вражеских пленных и дзотов, уничтожение орудий и расчётов награждён медалями «За отвагу», «За боевые заслуги», «За освобождение Варшавы», «За взятие Берлина».

Николай Ядне, ветеран Великой Отечественной войны (архивная запись Таймырского радио, 1972 г): «Мы идём по немецкой земле. Навстречу нам немцы с поднятыми руками. Сквозь пули. Какие молодые, почти дети, мы же их не убивали, как они нас. Кричат нам: «Рус гут, гут, гут!» На той земле 8 мая объявили капитуляцию. Так 9 мая наступил День Победы».

Эта архивная запись на ненецком языке из золотого фонда Таймырского радио. А в местном краеведческом музее у Николая Ядне почётное место. Он стал прообразом северян-фронтовиков, которые расписались на Рейхстаге.

На самом деле это больше собирательный образ боевых северян. Николай Ядне не расписывался на Рейхстаге. Свой автограф он оставил на Бранденбургских воротах. Им для этого даже выдавали белую краску. А здесь фронтовик расписывается углём.

Всего с Таймыра на войну призвали 7606 человек, из них только около сотни — представители коренных этносов полуострова. Они принимали участие в знаковых битвах: под Сталинградом и на Курской дуге, обороняли Ленинград и Москву, брали Берлин.

Алла Щелчкова, старший научный сотрудник Таймырского краеведческого музея: «Заслуга коренных народов Таймыра в Великой Победе не должна быть забыта. Мы обязательно должны это сохранить. Поскольку дети, молодое поколение, которое сейчас растёт, они, к сожалению, не увидят ветеранов, как мы в своё время — вживую, чтобы они рассказывали, показывали. Это будет уже в записях, в архивных документах».

Перелистывая пожелтевшие страницы с расшифровками и переводами радиозаписей 70-х годов, приходит понимание — это летопись Великой Победы, сотканная из миллионов подвигов. Один из них — история простого таймырского охотника.