Местное время. Воскресенье: на Таймыре вспоминают жертв политических репрессий
Принести цветы к Мосту памяти — традиция жителей Дудинки. Считается, что здесь проходили все заключённые, прибывавшие на Таймыр по Енисею. За 20 с лишним лет, с 1935 по 1956-й, это сотни тысяч человек. Также северяне ставят свечки в часовне. На её месте раньше была комендатура, где отмечались спецпоселенцы. 30 октября на памятные мероприятия приходят и потомки тех, кто оказался в суровых краях не по своей воле.
Лидия Михайлова, дочь репрессированной: «Сказали: возьмите необходимые вещи. А куда везли, никто не знает. Поездом довезли до Красноярска, потом на барже по Енисею. Много людей на баржах умирало, их выбрасывали в Енисей. А куда их девать? Потом шли пешком до Хантайского озера, босые-голые, октябрь уже был. Без тёплых вещей».
Воспоминания о сосланных на Таймыр хранят в семьях. В рассказах, фотографиях и даже собственных стихах.
Александра Москвина, дочь репрессированного: «Лет в 12 шли на работу, поровну делили домашние заботы. В школе мы были дети врагов, ведь было немало тогда кликунов. О память людская, как ты коротка. А многое помнить нам надо века».
В Норильске действует общество «Защита репрессированных». В нём сегодня около 80 человек. В основном это дети спецпоселенцев, родившиеся уже здесь, на севере. Благодаря им ту историю из первых уст могут узнавать современные подростки.
Рейнгольд Шмык, сын репрессированных: «Мы встречаемся со школьниками. Неделю назад были в 23-й школе, рассказывали детям, как и что было. Дети должны знать это. Кто не знает свою историю, у того нет будущего».
В Норильске траурный митинг и богослужение проходят на мемориальном комплексе «Норильская голгофа», который появился в 90-е годы на месте бывшей братской могилы. В недрах горы Шмидта невольники добывали уголь, а у подножия горы хоронили умерших. Сегодня здесь несколько памятников, посвящённых разным группам репрессированных. В Норильлаг люди попадали по политическим и религиозным мотивам, а ещё из-за национальной принадлежности. Через северный лагерь прошло 22 национальности. Первые 1200 человек прибыли в 1935 году. А за всё время существования лагеря заключённых было около 300 тысяч, это осуждённые и по уголовным, и по политическим статьям.
Личные карточки имеются далеко не на всех. Но среди тех, кто известен поимённо, немало достойных людей, которые сделали много для строительства города и комбината. В неволе они не только тяжело работали, но даже изобретали и творили. Геологи, строители, металлурги, врачи, артисты и многие другие. О них рассказывает постоянно действующий музейный проект «Забвению не подлежит». А ещё каждый год в октябре в Норильск привозят новые экспозиции, посвящённые узникам Норильлага. На этот раз выставка совсем необычная. Подлинные рисунки бывшей заключённой Ефросинии Керсновской. Но не те, где она изображала лагерные будни. На картинах — цветы. И это про волю к жизни в любых условиях.
Наталья Федянина, директор музея Норильска: «Это иллюстрирует цитату другого заключённого Норильлага Николая Козырева, что сознание определяет бытие. Можно находиться в разных условиях и воображать прекрасный мир. Впоследствии, когда Керсновская освободилась и уехала из Норильска, она создала реальный сад».
Наследие Керсновской тоже хранят её потомки. И делятся им со всеми, кому интересна история.
Дарья Чипковская, внучка бывшей заключённой Норильлага: «Наша задача основная, которая сформулирована нашей семьёй, нашим фондом «Сохранение наследия», это то, чтобы это было максимально доступно для людей».
Сколько узников уехало из Норильска после освобождения, а сколько осталось жить на севере, точных цифр нет, говорят в музее. Есть только отдельные истории, которые по сей день изучают, собирая из разных источников.
Лариса Коробенина, заведующая отделом научной информации музея Норильска: «Чаще мы знакомились с письмами каких-то очень увлечённых профессионалов. Они имели дело своей жизни и как могли использовали это время в Норильске. Приносили пользу, разрабатывали, набирали материал. И даже становились кем-то благодаря норильскому материалу, т.к. онпо-своему уникален. Но всё-таки стремление вернуться домой, в ту жизнь, оно прослеживается в основном».
В этой истории ещё многое предстоит изучить. И главное — вынести из неё правильные уроки.
Инна Давыдова, начальник Управления по делам культуры и искусства администрации Норильска: «Нужно помнить не просто для того, чтобы не повторилось таких событий. А прежде всего для того, чтобы в человечестве сохранилось всё человеческое».
