Местное время. Воскресенье: Михаил Вершинин вернулся с фотоохоты на дикого оленя
Чтобы снимать дикого северного оленя, фотохудожнику пришлось спроектировать и построить настоящий тримаран. Это плавучий дом, здесь есть всё необходимое. Можно прожить месяц-два вдали от цивилизации: заряжать аппаратуру, копировать видео. Иначе хороших снимков не сделаешь. Фотоохота на оленя продолжается уже 10 лет.
Михаил Вершинин, фотохудожник: «Точку я нахожу уже после того, как я вижу, где он идёт, как он идёт. Маскируюсь в этой точке, наблюдаю, снимаю. Понять, где он проходит, очень сложно, и когда он проходит. Каждый год по-разному идёт».
За годы съёмок Михаил Вершинин может читать лекции о повадках северного оленя. Между группами, которые переправляются через реку и идут дальше, всегда есть какая-то незримая связь. Иначе как объяснить такой факт: если одно стадо чем-то напугано, олени убежали, следующие животные в этом месте уже не поплывут.
Михаил Вершинин, фотохудожник: «Вот выходит стадо, 15–20 голов. Их лодка спугнула — они развернулись, в обратную сторону побежали. В другом месте начнут переплывать. Потом лодка проходит, следующее стадо выходит — у них вроде путь-то здесь лежит, но они доходят до этого места, понюхали-понюхали — разворачиваются и в другом месте переплывают. Запах страха, что ли, оставляют те олени, которые испугались».
Учёные фиксируют: время миграции меняется, виной тому глобальное потепление, колебания температуры особенно чувствуются за полярным кругом. Фотохудожник подтверждает, в этом году действительно было ощущение, что олени пошли раньше. Они не успели набрать вес, с берега казалось, даже взрослые животные слишком слабые, что уж говорить о телятах.
Михаил Вершинин, фотохудожник: «Телятам полтора месяца. И сами важенки очень худые, не набрали вес. И телята маленькие, они ещё мамку сосут. У них сил нет переплыть эту переправу — полтора, а иногда и три километра».
Во время большого перехода на Таймыр олени практически не останавливаются. Выйдя из реки, на ходу щиплют траву-деревья и бегут дальше. Телята часто отбиваются от матерей как раз во время переправы. Увидев, что ребёнка рядом нет, мать не идёт со всеми. Несколько таких оленей — матерей-одиночек — объединяются и будут долго ходить вдоль реки.
Михаил Вершинин, фотохудожник: «На моих глазах телёнок, который остался без мамки, около суток бегал около моей засидки, кричал, искал мамку. И через сутки они нашлись. Плавают то в эту сторону, то в другую, потому что не могут понять, где они потеряли малышей. Если на воде потерялись, она не поймёт: то ли он переплыл, то ли нет. А если утонул, она всё равно его ищет. Бывает, они по 2–3 раза плавают, на моих глазах».
В редких случаях на переправе помогают местные жители. Если плывёт телёнок и над водой показалась его задняя часть, значит, минуты его уже сочтены. Рыбаки это знают, иногда вытаскивают обессиленных малышей из воды. Слабых детёнышей спокойно оставляют на берегу, у телёнка нет сил даже встать на ноги. Михаил Вершинин пытается накормить спасённого. Пик миграции — это 4–5 дней. Главная опасность для животных — браконьеры. Беззащитных оленей они ждут как раз у воды.
Михаил Вершинин, фотохудожник: «У охотников тактика какая: он стреляет заднюю важенку, потом переднюю. Всё. Они теряются, крутятся вот здесь, и он ложит всё стадо».
Итогом экспедиции стала подборка фотографий — не только северный олень, но и пейзажи. Арктика — край земли. Как выглядят реки за полярным кругом с высоты птичьего полёта, можно рассмотреть благодаря современной фото- и видеотехнике. Когда-нибудь эти снимки станут основой для фотовыставки — дикий мир Красноярского края глазами фотохудожника.
Предыдущая новость
Местное время. Воскресенье: жизнь в цифрах
