«Хроники русской революции»: большое путешествие в прошлое
В русском кинематографе «Хроники русской революции» – первая картина с таким буквальным воспроизведением исторической фактуры. Знаменитые сцены с Николаем Вторым Андрей Кончаловский снял в его реальном парадном кабинете в Александровском дворце. За спиной Николая – портрет царя кисти Серова. И это важная деталь, ведь на портрете не просто отец Николая Второго Александр Третий, а тот самый император, в царствование которого было во многом нейтрализовано революционного движение в России. Для съёмок в Александровском дворце привезли несколько грузовиков реквизита. Каждый предмет сличали со старыми фотографиями, выкупали у антикваров.
«Когда здесь распаковывали очередную партию реквизита, я увидела, что одно из рабочих кресел точно такое же, какое стояло в своё время в рабочем кабинете Николая Второго. Они привезли абсолютно точную копию, приобрели его в семье одного из московских профессоров. Мы теперь знаем, к чему должна стремиться каждая съёмочная группа! Они показали класс!», – восхищается Мария Филипцева, ответственный хранитель экспозиции Александровского дворца.
В «Хрониках…» у каждого кадра свой аналог, своё документальное, запечатлённое на фотографиях или в кинохрониках, в стенограммах или мемуарах свидетельство: будь то платье с карманами главы левых эсеров Марии Спиридоновой, книги тех лет с дореформенным шрифтом, разбитые орлы на ложах Большого театра или засыпанные шелухой семян подсолнечника улицы Петрограда. В этих частных мелочах – очарование фильма. В них, как на гипсовом слепке, проступают невыдуманные черты эпохи. Подъехавший к зданию посольства Германии в Денежном переулке тёмный «паккард» и два вышедших из него человека с удостоверениями сотрудников ВЧК: «Даю на вопросы необходимые в этом смысле, по возможности достаточно полные и ясные ответы» – по показаниям Якова Блюмкина Кончаловский воссоздаёт не только по обстановке, но и по секундам убийство посла Мирбаха в посольстве Германии. Матильда Кшесинская в своём особняке с козочкой у ног: «В самом доме у меня жила козочка, которая выступала со мною в «Эсмеральде». Её нужно было приручить так, чтобы она за мною ходила по сцене, и потому я её сама кормила», – писала балерина в своих мемуарах. Владимир Ильич Ленин с кошкой на руках: «Вот я её так прикладываю к ранению и мне становится полегче» – точность даже в положении фигуры.
Точность и в говоре каждого из персонажей – черты речевых портретов героев актёры воссоздавали по уцелевшим фонограммам, и, конечно, в каждом слове, в каждой фразе. «Владимир Ильич был гениальный стратег, но с тактикой у него было слабовато, как говорил Сталин, – рассказывает Андрей Кончаловский. – Он мог сказать каким-то любимым сотрудникам: «Я вас велю арестовать», а потом подумать и добавить: «На воскресенье! Чтоб в понедельник были на работе». Это же удивительно! Страшное обаяние в этом есть. Во всяком случае, можно найти обаяние. И Ленин в этом смысле для меня чрезвычайно важная фигура. И Сталин был очень интересный. Например, идёт заседание Совнаркома. Сталина нет. Все его ищут, бегают туда-сюда, а он в самом дальнем конце коридора в каком-то кабинетике лежит и читает газеты. «Товарищ Сталин, там заседание». Он: «Пускай без меня разговаривают», и продолжает читать газету, не хочет идти. Это очень важно. Он понимал, где надо быть, а где можно и не быть, потому что это всё трёп. И так было. Я это всё читал в воспоминаниях, сам я не придумываю таких вещей невероятных.
И мне были очень важны литературные воспоминания, свидетельства того, как говорил царь, что он говорил. «Должен признаться, что я совершенно не знаю мой народ», – это же очень серьёзное заявление. Так же, как очень серьёзное замечание Владимира Ильича Ленина, у которого был конфликт с основоположником русского марксизма Плехановым. Плеханов был против революции, против того, чтобы большевики взяли власть, и сказал: «Вы берёте власть, вы утопите страну и сами утонете в той крови, которую вы развяжете. Это ведёт к кровавой бойне, не делайте этого». И тогда Владимир Ильич сказал: «Плеханов не понял русской революции. Вперёд!». А незадолго до смерти, когда ещё мог говорить, Ленин сказал великую фразу: «Перечитывал Плеханова. Старик был прав». Это же надо быть великим, чтобы понять, что старик был прав. Я думаю, что в этом величие Ленина – признать ошибки. Ведь этим самым он признал ошибочность своей стратегии. Это дорогого стоит. Но уже было поздно».
Их всех разметает ветер истории. Революция последовательно уничтожит своих врагов, детей и отцов. Столетия спустя её хроники воссоздаст Андрей Кончаловский, дав возможность современным зрителям самим расставить оценки. Разобраться в месте и роли её героев и творцов.
Предыдущая новость
В Красноярске задержали пособника телефонных мошенников
Следующая новость
На западе края прошёл концерт «Гармонь играет в Ачинске»
